Шестого мая в центре Вильнюса состоялся марш поляков Литвы. Ежегодное, проводимое в начале мая, польской диаспорой Литвы мероприятие. В этот раз оно было приурочено к двум датам. 2 мая отмечается в Польше как день Полонии и поляков за рубежом. Полонией называются польские диаспоры, организованные в какие-либо структуры от культурно-просветительских, до политических партий. 3 мая 1791 года была принята конституция Речи Посполитой, установившая вместо шляхетской олигархократии режим конституционной монархии.
В современной Литве поляки являются третьей по величине этнонациональной группой (6,5% от общего числа населения страны), при этом они крайне компактно живут в ряде районов на юго-востоке страны, бывших оккупированными Польшей с 1920 по 1939 года (Вильнюс и окрестности). В Вильнюсе, например, поляков всё ещё 16,5% населения, несмотря на все проблемы: от демографии до эмиграции.
Зачем же литовские поляки ходят по Вильнюсу маршем? Кроме того, что они таким образом солидаризутся и актуализируют себя как часть большой польской нации, поляки в Вильнюсе маршировали с требованием реализации образовательных школьных программ на польском языке. Ничего не напоминает? Да, 1 мая русские Латвии выходили на марш с требованиями добровольного изучения русского языка.
Сходство, на самом деле, даже гораздо большее. Если Рига когда-то была одним из самых важных русских портов на Балтике, что способствовало формированию устойчивой русской общины-диаспоры, то Вильнюс был культурной столицей и колыбелью для поляков Литвы. Собственно, в 1920 году поляков было в населении Вильнюса 92%. Поэтому-то генерал Люциан Желиговский (уроженец Вильно) при полном попустительстве Юзефа Пилсудского (уроженца Вильно) аннексировал юго-восток Литвы в 1920.
Поляки долго мыслили себе Вильнюс как неотъемлемую часть Литвы. Настолько сильно было это представление, что в конце 1980х — начале 1990х, в свете падения советской системы, опасность польско-литовского конфликта рассматривалась вполне серьёзно. Однако, не без помощи национальных интеллектуалов, ждавших падения советской системы, полякам и литовцам удалось мирно разойтись.
В польском эмигрантском журнале "Культура" (редактор и издатель поляк Ежи Гедройц, потомок литовских князей Гедройцев, уроженец Минска) состоялась дискуссия между Чеславом Милошом (польский писатель и поэт, уроженец Вильнюса) и Томашем Венцловой (литовский писатель и поэт, уроженец Вильнюса). По итогам этой дискуссии, помимо очевидной констатации факта о красном московском империализме, был сделан вывод, что Вильнюс пускай его будет воображаемой польской провинцией и реальной столицей Литвы. Поэтому-то польскую диаспору в Литве польское государство поддерживает всеми силами, позволяет ей говорить и быть услышанной, превращая её в фактор политической жизни не только одной лишь Литвы.
Из наших же интеллектуалов-эмигрантов послевоенной поры лишь один Александр Исаевич Солженицын осознавал разорванность русского народа наживо, по границам союзных республик. К сожалению, из всего его творчества услышали "Архипелаг ГУЛаг", который уже невозможно воспринимать всерьёз. Статью "Как нам обустроить Россию" с, в общем-то, небесполезными советами и рекомендациями все проигнорировали. Проблема нашей диаспоральности и наших бывших окраинных многоэтнических провинций так и не была вызвана к жизни и хоть как-нибудь отрефлексирована. Поэтому наши диаспоры за рубежом везде на птичьих правах: чужие у себя, неродные у нас. На самом деле, именно изменение отношения к русским диаспорам за рубежом и является первоочередной задачей в отношении облачной русской нации. Хотя бы потому, что русские артикулируют себя за рубежом как нацию именно маршами за русский язык, а не голосованиями за Путина.
А вот и фоторепортаж из Вильнюса. На одном из транспарантов написано "Виленская кровь течёт в наших жилах". Это позиция хозяев, людей, которые здесь родились, живут и будут умирать.
https://ru.sputniknews.lt/photo/20180507/5914770/photo-torzhestvennoe-shestvie-polyakova-konstitucija-3-maya.html