Иметь Ясинскую, Яковлевскую и т.п. группы под "официальной бюрократией" нелепо (а Суслов тогда кто?)
Таким образом треугольник превращается в, как минимум, четырехугольник с диагональными связями.
А потом окажется, что "системный оппозиционный марксист" Ильенков, "системный оппозиционный марксист" Лифшиц и "системный оппозиционный марксист" Попов - совершенно разных полей ягоды (хотя бы по вопросу отношения к сталинизму) и единой политической силой выступать просто не могли.
А я и не писал про единую политическую силу. Я поделил только на основе методологии действий, ибо именно она мне и интересна.
Очевидно, что Ильенков, Лифшиц (хотя, его оппозиционность сомнительна) и Попов единой силой не являлись. В этом и проблема.
Мне интересно на это взглянуть с другой стороны. Системная сторона политики в СССР оказалась отрезана от западных ветвей экономической и марксистской мысли вплоть до Грамши, Валлерстайна и Альтюссера. Которые предлагали несколько иную методологию действий в сложившихся условиях.
Если предположить, что системная оппозиция взяла бы на вооружение некоторые из достижений зарубежной мысли и попыталась бы на этой основе реанимировать партию рабочего класса - был бы из этого толк, или нет? Или, наоборот, почему так мало политических достижений пришлось на левых диссидентов?
P.S. Почему это важно. Мы здесь называем марксизм наукой. Однако, судя по событиям 91-93 годов, к революционным событиям очень мало кто готовился, в отличии от 17 года. А наука ценна, прежде всего, предсказательной силой. Вместо этого, многие просто описывают события 93 года на основе послезнания, а не конкретно-исторически. Что нужно в науку включить, как подойти, чтобы 93 год не просто предсказывался конкретно-исторически, но и предполагался иной выход из сей точки бифуркации?