Тем любопытнее, что взгляды на будущую войну в РККА были достаточно передовыми, и в целом вполне соответствовали реалиям войны современной. В армии на командных должностях в силу вышеозначенных проблем остались в основном фанаты военного дела, готовые работать нагими и за еду, лишь бы быть поближе к пулемету. К тому же в войсках 1920-х годов насчитывалось заметное количество специалистов императорской армии. Кто-то из них вступил в РККА по идейным соображениям, иных привлекала возможность карьерного роста. Как бы то ни было, в армии собралось достаточно много хорошо подготовленных командиров и энтузиастов, получивших опыт Мировой и Гражданской войн, причем иногда — в борьбе друг против друга. РККА отнюдь не была сборищем оголтелых фанатов конных атак с шашками наголо. Ее военную доктрину формировали люди передовых взглядов, и старые военспецы, такие как Свечин, Зайончковский, Брусилов и Шапошников, совершенно спокойно работали и делились опытом с новыми людьми вроде Фрунзе и Уборевича, а иной раз в этом странном коллективе можно было встретить командиров Белой гвардии, самым известным из которых был Слащев. Концепция развития РККА предполагала создание высокомобильных танковых и механизированных частей, мощной авиации. Конец 1920-х и начало 30-х годов стали временем разработки доктрины «глубокой операции».
Эта концепция предполагала быстрые прорывы сквозь линию фронта танковых и мотопехотных частей при поддержке авиации. В целом она была близка к разработкам, ведшимся в то же время в Германии. Благо, Веймарская республика и СССР довольно близко сотрудничали: СССР предоставлял территорию для школ Рейхсвера, в обмен получая некие представления о современных западных военно-теоретических разработках.
Реальность быстро начала вносить коррективы в идиллическую картину формирования армии будущего. Во-первых, на качестве РККА постоянно сказывалась слабость индустриальной базы. В 1927-м «военная тревога», вспышка напряженности в отношениях с Польшей, спровоцировала запрос наркомата обороны у промышленности на поставку боеприпасов. Военные запросили очень скромный комплект из расчета на полгода войны при расходе боеприпасов на уровне Гражданской. Итог оказался обескураживающим: индустрия советского государства могла покрыть менее трети потребности в снарядах и дать 8% (восемь процентов!) необходимых патронов. Любопытно, что Тухачевский, возглавлявший тогда штаб РККА, ощутимо оторвался от реальности и полагал, что промышленность в состоянии выпустить в короткий срок десятки тысяч танков. Это было, конечно, сугубое прожектерство, однако четко обозначилась сохранившаяся и до Второй мировой войны, и после нее коллизия: запросы армейского руководства радикально не соответствовали возможностям промышленности.
Характерно, что если политическая риторика делала упор на классовую борьбу и революционное движение в тылу врага в случае конфликта, военное планирование оставалось вполне классическим: противника предполагалось разгромить на поле боя. В середине 30-х годов XX столетия, после захвата нацистами власти в Германии, Генштаб РККА уже исходил из того, что наиболее вероятным противником окажется именно Рейх. В качестве возможных союзников неприятеля назывались Польша, Румыния, Финляндия и государства Прибалтики.
В начале 1930-х годов в РККА появились первые механизированные корпуса, которые уже можно было назвать полноценными подвижными соединениями. Впоследствии танковые войска росли как на дрожжах
https://sputnikipogrom.com/war/38704/22-june/#.WyzQdhIzau4Не открывается «Спутник»?
https://sputnikipogrom.omnidesk.ru/knowledge_base/item/96384Чтобы всегда открывался Телеграм — обновите настройки прокси, добавьте новые сервера!
@proxysexybot → Добавить прокси → Включить.
