Тут Вахтанг Кикабидзе в интервью Жанне Немцовой сплясал на могиле СССР, предрек распад России и попросил поскорее вступить Грузию в НАТО.
В этой связи я не мог не вспомнить старый текст о вкладе фильма "Мимино" и лично Кикабидзе и в распад СССР и в наши русские последующие страдания. "Мимино" один из самых гнусных фильмов, что я когда-либо смотрел в жизни. И моя так нашумевшая в 2006 году рецензия многим запомнилась. Самое время о ней напомнить.
https://zen.yandex.ru/media/holmogorow/mimi-no-kak-kikabidze-sovetskii-soiuz-razvalival-5b2ab845e5a60f00a80027a7Парень ни на секунду не сомневается в том, что русская женщина должна принадлежать ему. И стремится к этому всеми доступными его пониманию способами – отправляется в Москву, селится в гостинице «Россия» (интересное совпадение), пропивает деньги в ресторане. И, в качестве кульминации, сообщает свое требование к бытию: «- Ларису Ивановну хачу».
На что получает со стороны младшей сестры русской женщины вполне обоснованный и чисто русский ответ, рекомендацию «Катиться колбаской по Малой-Спасской». Ответ, воспринимаемый героем как личное оскорбление. А вместе с героем, - и сочувствующим до глубины души симпатяге Кикабидзе зрителем.
Обыкновенная москвичка, которая не желает, чтобы за ней гонялся похотливый бесцеремонный гость ниоткуда, предстает этаким воплощением жестокости, неприступности и, видимо, русской холодности к братьям нашим, непонимания широты их души. «Ты и она не две пары в сапоги» - сообщает Мимино Рубен и мы понимаем это совсем не в смысле, что тебе вообще в человеческий вид бы себя привести, а в смысле «она для тебя, хорошего парня, слишком высокомерна».
Так, без особого напряжения, но вполне эффективно, в сознание страны и в ее среднерусской и в её закавказской части внедрен был простой и очевидный стереотип: «если русскую женщину хочет кавказский мужчина, то она должна ему дать без разговоров, если не хочет прослыть высокомерной корыстной дурой». При этом Лариса Ивановна, еще раз подчеркну, один из двух символически окрашенных образов русских в фильме, где забавными и трогательными положительными героями выведены грузин и армянин.
Теперь про второй образ, который можно считать условно-русским. Это женщина-адвокат, так сказать легальная правозащитница, вытаскивающая нашего героя из тюрьмы за затеянную им в Москве драку. Геройством этой адвокатши, нашим сопереживанием её первому делу, мерзопакостностью потерпевших, трагическим молчанием Мимино, от нас тщательно закутывается предельно простая суть истории.
Потерпевший совершил то, что по русским законам является подлостью, но не преступлением, а по кавказским обычаям – преступлением, требующим кровной мести. Зато наш романтичный злодей решил в Москве, раз уж представился случай, свести кровную месть по всем правилам и ему помешали скорее обстоятельства, чем собственная добрая воля.
И героическая женщина-адвокат отважно защищает… право Мимино на импорт аульной морали в Москву, в русскую среду.