Идея определяет человека. Она взламывает сознание и мотивацию, меняет потребности, задачи и мировоззрение. Идею можно сравнить с операционной системой компьютера, психическим заболеванием человека. В этом нет никакого таинства: если вы приверженец той или иной идеологии, то ваша цель — воплотить её идеалы в жизнь.
Как только у вас эта цель появляется, она становится подобной зуду. Он не дает вам покоя. Он заставляет вас делать. Он отрывает вас от повседневности, он выводит вас из состояния рабочей пчелы, он заставляет вас трудиться во благо чего-то далекого, не гарантируя вам выгоды. Вы начинаете совершать действия во имя идеи.
Понятное дело, что у всех у нас есть желудок, девушка, счета. Они образуют чашу весов, которая зачастую перевешивает другую, на которой стоит идея. Но, если эта другая, идейная чаша есть — вы о ней никогда не забудете. Зуд, понимаете ли? И вы будете пытаться его унять, вы будете делать действия.
Вы будете ходить и ерошить на себе волосы, с ужасом осознавая, что время уходит. Вы будете посвящать свои мысли и самого себя возможной реализации цели.
Скорее всего, вы — маленький человек. Не потому что я отношусь к вам уничижительно, а потому что маленьких людей в принципе больше.
Тогда вы будете делать действия по мере своих возможностей, либо будете пытаться стать большим человеком, либо вы будете делать и то, и другое.
Если вы русский националист, это не значит, что каждый день вы рушите антирусские режимы, организуете отряды освободительной армии. Главное, что вы делаете что-то важное и полезное, исходя из вашего понимания прихода к успеху русского национализма.
— каждый день я пишу текст, который направлен на индоктринацию людей
Позже это может превратиться в
— каждый день я улучшаю качество своих текстов, дабы увеличить вероятность индоктринации людей
Или
— каждый день я работаю над своим видеоблогом на YouTube
— занимаюсь издательской деятельностью
— популяризирую русских героев
— составляю картину будущего, осмысляю возможности для национального движения
— публично и успешно полемизирую с идеологическими оппонентами, завоевывая зрительские симпатии
— занимаюсь акционизмом
— доначу деньги Хомячкам Хомякова, чтобы они писали тексты в поддержку идеологии
В общем, занимаюсь полезной деятельностью для реализации идеи. Без этого я не могу считаться националистом. Максимум, кем я могу считаться, так это сочувствующим.
Так вот. Когда Кирилл... тьфу... Андрей Бледный на вопрос о национализме говорит что-то вроде "не хочу об этом говорить, нас могут не так понять", то Бледный не националист, а сочувствующий.
Когда на вопрос о кавказцах, человек рассказывает историю про "соседа-армянина", а не про кучу противоречий русского и кавказских народов, человек в моей голове становится странным сочувствующим.
Когда Дудь спрашивает, русский ли он, а Бледный не спрашивает его, кем сам Дудь себя считает, а, главное, интересы какого народа Дудь готов отстаивать, то мне становится понятно, что этот странный сочувствующий даже не разбирается в идеологии национализма.
Когда Дудь спрашивает, кто если не либеральные медиа, а Бледный отвечает "ряд телеграм каналов", а не "Хомячки Хомякова", то тут уже все. Терпение кончилось.
Если вы медийный человек и националист, то вы сделаете все, чтобы национализм стал более популярен, все, чтобы вовлечь в него новых людей.
Если вы медийный человек, вдруг читаете это и такие "Да ты кто такой, бля, щегол, чтобы мне за национализм предъявлять, ща возьму и перестану быть националистом, во охуеете в своей узкопрофильной тусовочке!"
Я — националист. И я, националист, не вижу выгоды в том, чтобы медийные люди, которые ничего для национализма не делают, называли себя националистами.
P.S. Про упоротых, с которыми невозможно вести диалог. Политическая борьба не для нормисов. Какая-то степень упоротости нужна (причем по статистике) даже для поста руководящего менеджера в крупной компании, чего уж говорить про политику.