Кина не будет: о дележе последнего мединского наследства.
#кино
#КультурнаяПолитика
По сообщениям прессы и оценкам коллег, в недрах отечественного богемного сословия развернулась свара за Фонд кино. Ох, только бы они там друг друга не перегрызли — место-то жирно хлебное, стратегическое. А то ж мы так вовсе без цвета нации останемся. Хотя... туда ему и дорога, если честно.
Но то все светская хроника.
***
По процедуре надо понимать, что это делят место, на котором по контракту ещё чуть меньше года должен отсидеть Тельнов. А Тельнов — чисто по компетенции и свойствам человеческой порядочности — последний ставленник бывшего Мединского на кино. А кино в свою очередь — самая показательная и всенародно известная составляющая государственной культурной политики.
По существу же... вот сейчас скажем непопулярное в нашем околокультурном телеграм-клубе по интересам... по существу надо понимать, что кассовый и качественный рывок нашего кино, его успехи (и не очень) последних туда-сюда лет пяти-шести имеют одну конкретную фамилию. Именно эту: Мединский.
Это действительно был слуга государев, который так себя и понимал — как слуга государев. Не из тусовки. Поэтому при должности блюл государеву политику. Да, в своём представлении. Со своими небесспорными персональными убеждениями и вкусами. Не без самодурства. И, естественно, не без огорчительных косяков. Да, как чиновник и политик он тоже вынужденно лавировал между «кланами силы», имел врагов и даже любимчиков.
Но ему было не похуй.
В конкретном кино — а это автоматически главный потерпевший от Мединского — его кипучая энергия вот в чём выразилась. Главное по содержанию — это принуждение отрасли к работе на зрителя. К соответствию его эстетическим и мировоззренческим запросам.
Отсюда — неоднородный по качеству вал военного и вообще героико-исторического кино, советского по духу: от «Битвы за Севастополь» и «28 панфиловцев», до «Салюта-7», «Тренера», «Движения вверх» и «Т-34».
А чуть что не так — он не стеснялся с той или иной авторской степенью тактичности назвать говном «Сталинград» и «Викинг». И даже втихомолку попенять самому Михалкову за «Предстояние» и «Цитадель»: мол, если хотите пороть ахинею в жанре «притчи», то лучше про эльфов и орков, а не про воинов Красной армии, и ни одна духовная скрепа не пострадает.
Бывало в отчётный период и другое говно — то по ошибке, то по недосмотру, то по тупо аппаратной беспомощности. Но событиями в нашем кино, его маркерами стали всё-таки многочисленные годные фильмы. Именно эта тенденция вернула было зрителей к киноэкранам.
Но этого недостаточно, чтобы сломить волю сословного сообщества к бездарной хуйне и кормушке. Те-то воробьи стреляные: знают, что надо потерпеть — и тёпленькое говно вновь станет питательной средой.
Это мы и наблюдаем.
Нет, какое-то время продержится мединская инерция: ещё пару лет до экранов будут добираться со съёмочных площадок реликты из его эпохи. Да и штучных талантов никто не отменял.
Однако... хотелось бы ошибиться, но светлый путь обратно в говно уже предначертан.
До следующего раза.
#кино
#КультурнаяПолитика
По сообщениям прессы и оценкам коллег, в недрах отечественного богемного сословия развернулась свара за Фонд кино. Ох, только бы они там друг друга не перегрызли — место-то жирно хлебное, стратегическое. А то ж мы так вовсе без цвета нации останемся. Хотя... туда ему и дорога, если честно.
Но то все светская хроника.
***
По процедуре надо понимать, что это делят место, на котором по контракту ещё чуть меньше года должен отсидеть Тельнов. А Тельнов — чисто по компетенции и свойствам человеческой порядочности — последний ставленник бывшего Мединского на кино. А кино в свою очередь — самая показательная и всенародно известная составляющая государственной культурной политики.
По существу же... вот сейчас скажем непопулярное в нашем околокультурном телеграм-клубе по интересам... по существу надо понимать, что кассовый и качественный рывок нашего кино, его успехи (и не очень) последних туда-сюда лет пяти-шести имеют одну конкретную фамилию. Именно эту: Мединский.
Это действительно был слуга государев, который так себя и понимал — как слуга государев. Не из тусовки. Поэтому при должности блюл государеву политику. Да, в своём представлении. Со своими небесспорными персональными убеждениями и вкусами. Не без самодурства. И, естественно, не без огорчительных косяков. Да, как чиновник и политик он тоже вынужденно лавировал между «кланами силы», имел врагов и даже любимчиков.
Но ему было не похуй.
В конкретном кино — а это автоматически главный потерпевший от Мединского — его кипучая энергия вот в чём выразилась. Главное по содержанию — это принуждение отрасли к работе на зрителя. К соответствию его эстетическим и мировоззренческим запросам.
Отсюда — неоднородный по качеству вал военного и вообще героико-исторического кино, советского по духу: от «Битвы за Севастополь» и «28 панфиловцев», до «Салюта-7», «Тренера», «Движения вверх» и «Т-34».
А чуть что не так — он не стеснялся с той или иной авторской степенью тактичности назвать говном «Сталинград» и «Викинг». И даже втихомолку попенять самому Михалкову за «Предстояние» и «Цитадель»: мол, если хотите пороть ахинею в жанре «притчи», то лучше про эльфов и орков, а не про воинов Красной армии, и ни одна духовная скрепа не пострадает.
Бывало в отчётный период и другое говно — то по ошибке, то по недосмотру, то по тупо аппаратной беспомощности. Но событиями в нашем кино, его маркерами стали всё-таки многочисленные годные фильмы. Именно эта тенденция вернула было зрителей к киноэкранам.
Но этого недостаточно, чтобы сломить волю сословного сообщества к бездарной хуйне и кормушке. Те-то воробьи стреляные: знают, что надо потерпеть — и тёпленькое говно вновь станет питательной средой.
Это мы и наблюдаем.
Нет, какое-то время продержится мединская инерция: ещё пару лет до экранов будут добираться со съёмочных площадок реликты из его эпохи. Да и штучных талантов никто не отменял.
Однако... хотелось бы ошибиться, но светлый путь обратно в говно уже предначертан.
До следующего раза.
