Я смотрю, со своими футбольными заметками о белой гвардии реально задел очень больную мозоль нашего культурно-символического инструментария.
Представим себе, если бы всё было наоборот и я наполнил текст чисто левыми ассоциациями:
Наши красногвардейцы, Черчесов казался Чапаевым, Че-Гевара, испанцы напоминали фалангистов, но Акинфеев сказал им «No passaran!», интербригадовец Фернандес...
Ни одна собака ничего бы ни сказала.
Ни одна.
Даже читающие меня правые удивились бы, но скорее всего промолчали, потому что понимали бы откуда взялся этот символический набор.
В мозг советского человека ниже подкорки вбито «наши» - это красные, свои, а беляки это чужие, враги.
Коммунисты это сделали вполне сознательно. Американцы постарались поскорее закончить гражданскую войну, признав за Севером правду, а за Югом честь и отвагу. Испанцы постарались поскорее закончить гражданскую войну, создав Долину Павших, где по правой формуле но были объединены все.
Советская власть растравливала и растравливала образ гражданской войны в которой красные - добро, а белые зло, взбадривала себя этими комиссарами в пыльных шлемах, пытаясь обрести в них тающую легитимность.
Казалось бы, Великая Отечественная давала возможность покончить с гражданской полностью и бесповоротно. Но нет, для тех вещей, которые делали с русскими, она не подходила, и комиссары мчались дальше.
В итоге мы имеем сейчас невероятную адскую смесь в мозгах не одного поколения людей, которые хотят быть православными христианами, но, в то же время, иметь героями тех, кто сшибал пушками кресты с колоколен, хотят быть русскими, но хотят возводить себя к тем, кто шел на смерть за то, чтобы никаких русских не было и чтоб решать кому отдать землю в Гренаде (при этом отобрав ее у крестьян под Тамбовом).
И напротив, у людей иррациональная культура ненависти к тем, кто сражался за единую и неделимую Россию, кто хотел быть русским до конца. Как только о них напоминаешь, начинается порой форменный психоз: перечисление действительных и мнимых грехов (так впечатляющее на фоне Святого Котовского). И всё что хотят, чтобы им эти болезненные участки не трогали.
Вот нет, ребята, буду трогать. Потому что нация, провозгласившая героями тех, кто сражался за ее упразднение, и не признающая героями сражавшихся за ее сохранение, долго не протянет.
