Поставил "100 книг" один из самых главных своих геополитических текстов. Довольно сложный, но проговаривающий принципиально важные вещи - про Россию, про Новороссию, про соотношение национализма и имперства, про нацреспублики, про византию, про наши отношения с Европой и присвоение античного наследия...
Очень почитайте, если еще не читали.
http://100knig.com/v-poiskax-utrachennogo-cargrada-cymburskij-i-danilevskij/Попытка приписать истории органический характер, выделить некие естественные пространства, естественные ареалы обитания популяций. Это код секулярной мысли XIX-XX столетий, когда «естественное» означает «вечное», «оправданное», точнее, не нуждающееся в оправдании. Всё, что построено или завоевано, что может быть результатом исторического процесса, то может быть отыграно назад, а вот против природы не попрешь.
Между тем отказ от напряженной политической, военной и культурной борьбы, от понимания судьбы цивилизации как динамического расширения своего ареала, «намывания» своего острова – всё это увеличивает, а не уменьшает наши геополитические риски. Уменьшая ценность исторически осуществленного, отказываясь понимать историческое как реальность, неотменимую именно потому, что она уже содеяна в истории, мы подвергаем себя риску культурной перекодировки природного ландшафт.
Геополитика есть не следование истории за географией, а преодоление историей географии. Если надо, и исправление географии историей. До тех пор, пока Русский Остров мыслится как пространство вод и камней, до тех пор ему грозит разрушение и раскол. Его прочность будет гарантирована только, если мы переосмыслим его как пространство исторических деяний, как пространство, освоенное и скрепленное русской историей, в которой, разумеется, есть место не только сотрудничеству и дружбе, но и завоеваниям, и установлению иерархии отношений.
Природа может быть преобразована. Отменить историю может только другая историческая сила, и только преодолев нашу историческую силу. «А там посмотрим, что прочней»...
Без дружественного и в той или иной форме контролируемого Левобережья никакая «изоляционистская» Россия существовать не может. Здесь наша «смерть кощеева», и в тот день, когда враждебная сила закрепится восточней Днепра, геополитическая история России прервет течение своё. Напротив, вступив в борьбу за Левобережье, Россия вовлекается в цепь обеспечивающих действий, которая может довести нас значительно дальше Киева. Выполнение необходимого для русского изоляционизма условия делает этот изоляционизм невозможным. Долетев до середины Днепра, российский орел вынужден накрыть своей тенью едва ли не пол-Европы, чтобы хоть как-то отбиться от гарпий евроинтеграции...
Россия самопровозглашает себя в недрах Византийской цивилизации так же, как США самопровозглашают себя в недрах Запада. И как нелепо будет попрекать американцев краткостью истории, которая исчерпывающе восполняется цивилизационным преемством от той же кельто-римской Британии (не случайно игра в римлян – базовая для американского культурно-политического кода), так же точно нелепо попрекать и русских якобы недостаточной прочностью связей с византийским и греческим миром. Реальная эллинская и византийская укорененность России гораздо выше, чем кельто-римско-англосаксонская укорененность США, тем не менее притязающих на осуществление в себе полноты Запада. Россия точно так же притязает и должна притязать на осуществление в себе полноты эллино-византийского мира.
