К "парадоксу чекиста", то есть к моей любимой теме, что если гэбуха нас обманывает в политических делах, почему мы ей верим в неполитических и, в частности, террористических - я тут писал, что больше всего дел по терроризму было в тридцатые, а сейчас продолжил об этом думать и вспомнил сложившийся в девяностые набор скорее криминальных сюжетов того времени, про которые везде написано и которые считаются правдой - про безногого мужика, который как герой войны получал квартиры и товары в разных министерствах, а сам был уголовник, и ноги ему отрезало трамваем; или про банду, которая (об этом есть сериал Черный волки с Безруковым) выдавала себя за стройбат, и ее главарь принимал парад в Кишиневе; или про диверсантов Таврина и Шило, которые в 44 году ехали в Москву под видом майора и его жены взрывать Сталина в Большом театре, но на блокпосту их документы сочли фальшивыми из-за нержавеющих скрепок (советские скрепки ржавели) - я и сам во все это скорее верю, но блин, если МГБ параллельно с делом врачей разоблачает строительную часть и объявляет ее бандой, или если какой-то офицер в 44 году сознается, что ехал взрывать Сталина, если мы в это верим, то почему не верим, что врачи Жданова убили, или что ленинградцы хотели РСФСР отделить, или что Мандельштам японский шпион? Что-то здесь не так, я считаю. Вадим Туманов, который по всем признакам скорее бандит, как раз этим сбоем пользовался, всем рассказывая, что сидел за стихи Есенина - мало ли что в деле написано про убийство, дело-то вело МГБ, а мы знаем, что такое МГБ.